Ольга (o_berezinskaya) wrote,
Ольга
o_berezinskaya

Берлинский дневник

Дочитала наконец "Берлинский дневник" Уильяма Ширера, под огромным впечатлением, буду делиться цитатами иногда.

Напомню, книгу написал американский журналист, живший в Европе с 1924 по 1940 год. Сам дневник начинается с 1934 года, содержит наблюдения за политическими и социальными процессами, описания выступлений Гитлера, картина событий с фронта. Лично для меня записки в режиме реального времени более интересны своими деталями, живыми эмоциями, догадками, чем анализ, который происходит уже постфактум.

1 декабря 1940 года (последние дни в Берлине, подводит итоги; удивительно, как похоже на кое-какой другой народ):

"Нам, находившимся в Германии так близко к месту действия, видевшим своими глазами марширующие по Европе нацистские сапоги и слышавшим своими ушами истеричные, полные ненависти тирады Гитлера, трудно было исследовать происходящее в историческом аспекте. Я полагаю, что причины, по которым Германия вступила на путь необузданных завоеваний, лежат глубже, чем очевидный факт, что власть в этой стране захватила банда жестоких и беспринципных гангстеров, которая развратила народ и настроила его на нынешний курс. Корни, я думаю, уходят гораздо глубже, хотя я сильно сомневаюсь, что это растение расцвело бы так, не будь Гитлера.

Одним из таких корней является странный, противоречивый характер немецкого народа. Неправильно говорить, что, как заявили многие либералы у нас дома, нацизм — это форма правления и образ жизни, несвойственные немецкому народу, навязанные против его воли несколькими фанатичными изгоями прошлой войны. Это верно, что нацистская партия никогда не получала в Германии большинства голосов на свободных выборах, хотя и была очень близка к этому. Но за последние три-четыре года нацистский режим проявил что-то очень глубоко скрытое в германском характере, и в этом смысле он дал представление о том народе, которым управляет.

Немцам как нации не хватает уравновешенности, достигнутой, скажем, греками, римлянами, французами, британцами и американцами. Их постоянно разрывают внутренние противоречия, делающие их неуверенными, неудовлетворенными, разочарованными и толкающие их из одной крайности в другую. Веймарская республика оказалась такой крайностью в своем либеральном демократизме, что немцы не смогли ее вынести. А теперь они обратились к другой крайности — к тирании, поскольку демократия и либерализм заставляли быть личностями, думать и принимать решения, как это делают все свободные люди, а в хаосе двадцатого столетия это оказалось им не под силу. Они чуть ли не с радостью мазохистов обратились к авторитарному режиму правления, который освобождает их от труда личного решения, личного выбора и индивидуального мышления и дает им то, что для немцев является роскошью: возможность, чтобы кто-то другой принимал решения и брал риск на себя. А они охотно платят за это своим послушанием.

Средний немец страстно желает безопасности. Ему нравится, когда жизнь идет по привычному пути. И он пожертвует своей независимостью и свободой, — по крайней мере, на данном этапе своего развития, — если его правители обеспечат ему такую жизнь
".
Tags: books, social, Германия
Subscribe

Recent Posts from This Journal

  • Марина Цветаева

    ровно сто лет назад: Бороды — цвета кофейной гущи, В воздухе — гул голубиных стай. Чёрное око, полное грусти, Пусто, как полдень, кругло, как рай.…

  • Шпеер, архитектура

    Практически все, что сконструировал Альберт Шпеер, было разрушено, или оставалось только в проектах. В частности, в 1945 была уничтожена…

  • "Шпандау: Тайный дневник", цитаты

    В Крыму с электронной книги случайно удалился "Пастернак", и я переключилась на Альберта Шпеера "Шпандау: тайный дневник". Оказалось просто…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

  • 1 comment